Горец: возрождение легенды

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Горец: возрождение легенды » Книжная полка » О кнутах и пряниках или между Кардиффом и Секоувером


О кнутах и пряниках или между Кардиффом и Секоувером

Сообщений 1 страница 22 из 22

1

Время и место действия: 1992 год, весна (после пряников и перед победой). Англия, Кардифф.
Действующие лица: Ульвар, Митос ака Адам Пирсон, третьи лица, если решат присоединиться.
Краткое содержание: Жизнь любит преподносить сюрпризы...

0

2

[audio]http://prostopleer.com/tracks/31514J4Re[/audio]

"Могу поспорить, что скоро самым ценным товаром станет информация", - ухмыльнулся старейший из ныне живущих,  жмурясь на ярком свете привыкшими к тени подвалов кардиффского хранилища глазами. Адам Пирсон буквально дневал и ночевал завалившись хрониками, делая пометки и выписки, сопоставляя факты и прикидывая версии с перерывами на кофе с пряником, беседу с Мышкой и краткий сон.
Получив все сведения, что на данный момент требовались, Митос покинул здание, направляясь… да хоть куда. В такой пригожий день, какой открылся взору,  грех не погулять по городу.  Легкий теплый ветерок раздувал полы плаща,  ласково ерошил и без того лохматую  шевелюру,  щекоча игривыми пальцами бледные скулы человека без возраста.
Окружающее спокойствие и непринужденность заражала Адама беспечностью. Никто из радостно-улыбающихся мимолетных прохожих, которых Пирсон тут же забудет, даже не подозревают, что есть люди, которым никогда не суждено ощутить радость в ее истинном смысле при жизни. Да и после нее, ведь получивший  умения, навыки, воспоминания – душу, победитель продолжит жить. 
«А они еще хотят достичь бессмертия…», - ухмыльнулся Старик, -«спросили бы лучше… Хотя, я бы предпочел бессмертие.  А ведь те, кто моложе, такие как МакЛауды, наверняка отдадут свой голос за  обычную жизнь ».
Ноги сами принесли, да да, на этот раз действительно сам Пирсон пришел, а не нелегкая, принесла, мужчину в парк. Примостившись на лавочку, Митос, убрав руки в карманы плаща, вытянул длинные ноги и подставил лицо солнцу.

+1

3

Ульвару уже приходилось бывать в Кардиффе. Это было после Второй мировой. Тогда центр города лежал практически в руинах после немецких налетов.
Теперь же от прежних развалин не осталось и следа. На месте разрушенных строений и домов выросли новые, в чем-то даже лучше прежних. Город, казавшийся умирающим, снова ожил, и этим напоминал викингу бессмертного, возвращающегося к жизни после одной из своих смертей… ненастоящих смертей…
Именно такие, почти романтические, мысли одолевали Трюгвисона, когда он, оставив машину на стоянке, неспешным шагом направлялся в парк. Вокруг него сновал поток людей, радостных и улыбчивых – к подобному располагала хорошая погода. Впервые за несколько дней, солнце показалось из-за туч, заливая стены строений и улицы золотой желтизной.
Шелест листвы, птичье пение, гомон человеческих голосов... Все это смолкло в один миг, едва ноги вынесли Ульвара на небольшой мостик, ведущий к аллеям, на которых стояли многочисленные лавочки. И на смену шуму и гаму пришло ощущение зова, идущее из глубины дорожек. В висках неприятно закололо, и собственные шаги эхом отозвались в голове, когда бессмертный, скользя внимательным взглядом по скамейками, определил его источник.
Ощущение силы исходило от парня в длинном плаще, который, развалившись, сидел на одной из лавочек, подставив солнцу лицо.
Рука викинга скользнула под куртку, нащупывая рукоять меча. А в груди шевельнулось тревожно-радостное возбуждение – схватка всегда будоражила кровь.
Еще несколько шагов… И Ульвар понял, кто перед ним – не узнать это худое лицо и заостренный нос было нельзя.
По губам бессмертного скользнула улыбка, чуть разочарованная – поединок откладывался, но в тоже время приветственная. Пожалуй, лучше хорошего поединка может быть лишь встреча с другом. И хотя связывающие их с парнем отношения дружескими назвать было нельзя, викинг был рад видеть его. И рад был знать, что тот еще жив. А ведь тогда, в 80-ом казалось, что парнишка и пары лет не проживет.
- Пирсон! – громко крикнул Ульвар, привлекая к себе внимание, хотя его появление и так не могло остаться незамеченным. А затем, резко вытащив руку из-под полы куртки, показал парню ладонь с растопыренными пальцами. И это было такое своеобразное приветствие, понятное лишь им двоим.

+1

4

Мерное, мирное и ленивое ничегонеделанье прервало чертовски знакомое ощущение Зова. Гудение нарастало, приближалось и даже не думало провалиться сквозь землю, дабы не мешать Пирсону принимать солнечные ванны. В прочем, здесь было слишком людно для битвы, поэтому Митос продолжал беспечно торчать на скамеечке, ничем не выдавая, что  подобрался внутренне и вполне готов сражаться.
Но, вскоре, еще более яркий, Зов приобрел знакомые нотки, которые не ассоциировались с чем-то враждебным. Даже наоборот, поэтому услышав свою используемую теперь фамилию, Адам открыл глаза, чуть щурясь от света,  и повернулся на уже вполне вербальное обращение.
«Ну надо же! Потрясающе!»
Тот самый викинг, Ульвар, с которыми они пересеклись восемь лет назад, снова появился в митосовой жизни.

Резко вздрогнув от треска разлетающейся от удара, ногой скорее всего, хлипкой двери, Митос распахнул глаза и глянул на незнакомца истинным волчонком.
- Невелика честь… дядя, раненного добивать, - огрызнулся дерзко, с вызовом, словно подросток окруженный бандой хулиганов из соседнего двора и храбрящийся перед заведомо проигрышной дракой.
Крепче прижимая к ране на боку ладонь, мужчина шумно выдохнул, облизнув пересохшие губы. Крупная дрожь и так била уставшее тело, прекрасно поддерживая образ крайне жалкого бойца, неспособного принять вызов. Пистолет сейчас был уже бесполезен, а нож достать Старейший не успел, отяжелевшие конечности не желали двигаться с тем же проворством, как ранее, подгоняемые адреналином и осознанием острой необходимости. Сейчас интуиция тревогу не била, значит можно выкрутится не применяя оружие. Будем надеяться.
Адам, - хрипло отозвался и зажал рану другой рукой, вытирая о джинсы окровавленную ладонь, - Пирсон. Студент-первокурсник Université de Haute-Alsace.

Хорошо, что у него нет Наблюдателя, а то очень было бы веселенькое зрелище. Однако у Трюгвисона соглядатай отсутствовал, что Старейший уже успел выяснить, копаясь в чужих хрониках, посему можно было не волноваться, а просто побеседовать со  старым-новым знакомым.
Поднявшись со скамеечки, дружелюбно улыбаясь, Адам направился к знакомцу, вытаскивая на ходу правую руку из кармана плаща и повторяя  жест блондина. Хотя в карманах уж точно меча спрятать нельзя, но ритуал есть ритуал. Таким образом оба сообщали, что в руках нет оружия. Нет, оно, разумеется, с собой-то было, но друг перед другом  - словно безоружны.
Подойдя ближе, протянул руку, если не другу, то союзнику:
- Ульвар Трюгвисон, рад видеть твою голову на плечах.

+2

5

За прошедшие годы парень возмужал. Не в прямом смысле. Внешне он так и остался тем же худощавым студентом, которого викинг впервые встретил в Мюлузе, в обшарпанном баре для водителей грузовиков.
Но теперь в нем появилась какая-то уверенность, по крайней мере, так показалось Ульвару. Хотя, возможно, дело было в обстановке. Тогда парень был ранен, его трясло от боли и усталости.  Сейчас же все было совсем по-другому: дружеская встреча в парке…
- Не без твоей помощи, - весело, словно шутя, ответил бессмертный, пожимая протянутую ему руку, но слова его были серьезны и искренни.

Взгляд серых глаз Ульвара переместился на парнишку, который все еще продолжал сжимать в руках меч. И в голове мелькнула мысль, что сейчас он, Трюгвисон, представляет собой достаточно легкую добычу даже для такого сопляка.
И этот факт был воспринят все с той же неизбежностью. Кривя губы в усмешке, викинг выдохнул:
- Эт-то… т…твой ша…шанс, ма… лыш, - а затем перед глазами потемнело. И бессмертный повалился на мокрый асфальт. Лишь пальцы судорожно сжались на рукояти меча.


И чуть мотнув головой, чтобы отогнать неожиданно нахлынувшее воспоминание, Ульвар добавил в тон Пирсону.
- А я рад видеть, что ты сберег свою.
В голове мелькнул вопрос о том, лишился ли за прошедшие годы кто-нибудь своей головы, повстречавшись с Адамом. Но викинг не стал озвучивать его. Подобное любопытство не к лицу воину. Если парень захочет и ему будет, чем похвастаться – сам расскажет, а если нет – значит, нет.
Тем более, что сейчас Ульвара интересовало немного другое. Не каждый день встретишь бессмертного, который не жаждет заполучить твою голову, и чью голову не жаждешь получить ты. И это событие стоило отметить.
А потому, чуть притянув к себе парня, викинг произнес, заговорщицким тоном:
- Предлагаю отметить нашу встречу, - и пояснил. - Пойти куда-нибудь выпить.

Отредактировано Ульвар (2012-08-30 10:05:50)

+1

6

Скромным взмахом ресниц и чуть смущенной улыбкой Адам принял  эту своеобразную благодарность, ведь, с точки зрения Ульвара, его голова для новорожденного бессмертного, коим представлялся Митос,   - весьма ценная добыча. В принципе он прав, но есть одно большое и веское «но», о котором
мы тактично умолчим.  И то, что Пирсон ее не забрал, хотя ситуация была более чем благосклонной, храктеризовало оного Пирсона с положительной стороны.

- Какое поразительное великодушие, - проворчал Митос, когда Ульвар провалился в свою временную смерть.
Достав из бака завернутые в картонку учебники, Адам устроился рядом с отключившимся великаном, усаживаясь прямо на мокрый асфальт по-турецки. Положив на колени меч, а остальные два учебника – на полу плаща, беспечно погрузился в чтение о персональном компьютере Стива Возняка*.

- А уж я-то как рад, - ухмыльнулся «студент».
Действительно, встретить бессмертного, не жаждущего приложиться холодной сталью своего меча к твоей шее – крайне большая редкость. И приятная донельзя. Услышав поведанное таинственным шепотом предложение, от которого нельзя отказаться, Адам просиял и озорно улыбнулся. Ну грех же не согласится!
- Тут недалеко есть одно спокойное местечко, - отозвался так же вполголоса, махнув рукой куда-то на три часа, - идем, Ульвар Трюгвисон, неисповедимы пути из варяг в греки.
Весело улыбнулся и повел союзника-друга во вполне мирный, скромный, маленький, словно затерявшийся среди новых зданий, да и вообще в этом времени, и уютный бар.

нечто в этом роде|Закрыть

http://xn----7sbepbnfrgg6eub.xn--p1ai/files/gallery/5/30_img2.jpg

+1

7

Спокойное местечко оказалось аккуратным заведением, без обилия посетителей – что было лишь на руку бессмертным - чем-то даже напоминавшим небольшой ресторанчик, а не бар.
А потому, скользнув взглядом по аккуратной барной стойке и стульям, по бармену, одетому, как с иголочки, Ульвар не удержался от шутки:
- Я думал - тебе больше нравятся другие места… - и в памяти всплыло то самое заведение, в котором состоялась их встреча.

В помещении протекала крыша, и потеки недавних дождей виднелись на крашеных стенах темными пятнами. Лампы под потолком время от времени нехорошо мигали, грозя погрузить помещение во тьму – наверно, были проблемы с проводкой. От официанток – всех, как одной, дородных дам в возрасте за сорок, пахло пивом и сигаретами, похлеще, чем от посетителей….


А затем, помолчав секунду, бессмертный добавил.
- Нам точно нальют здесь выпить? – впрочем, вопрос был риторическим. Наличие бочек с пивом и стеклянных бутылок за стойкой не оставляло сомнений в том, что выпить здесь наливают.
Стоило бессмертным присесть за стойку, как бармен тут же поспешил возникнуть возле них.
- Что будете заказывать? – поинтересовался он с чисто уэльским акцентом.
И ухмыльнувшись, викинг ответил:
- Две бутылки виски, по кружке пива.
Лицо бармена вытянулось от подобного заказа, кажется, он принял двух посетителей за начинающих алкоголиков. Ну, а кто еще может пить в такое ранее время да еще такими дозами.
И видя его реакцию, викинг пошутил:
- Мы не напиваться пришли. Долго не виделись с другом, - а взгляд его серых глаз уже переместился на Пирсона. – Давно из Франции?
Скорее всего, давно, раз чернокожий охотник так и не сумел достать свою жертву.
После неудачного поединка Ульвар почти полгода оставался в Мюлузе, пытаясь выследить  труса, позорно бежавшего с поля боя, но безуспешно – тот словно в Хель канул. Может быть, и вовсе уехал, в надежде вернуться позже и застать добычу врасплох. А может быть, затаился.
- Больше не встречал ЕГО? – и кого его, Адаму должно было быть понятно.

+1

8

[audio]http://prostopleer.com/tracks/152483mHPx[/audio]

- Ну-у, - протянул Митос, пожимая плечами, и озорно улыбнулся,  - старею, наверное.
Вопрос действительно оказался риторическим, и Адам не успел даже пискнуть, как Ульвар объявил предстоящие к употреблению напитки возникшему в обозримом пространстве бармену.
«Виски и пиво? Интересный аперитив, а что на горячее? Штро 80*? Чую день будет долгим…»
Валлиец, похоже, подумал о том же и уточнение Трюгвисона его мало убедило, но  что и ожидаемо от профессионала сферы обслуживания, тут же улыбнулся, открывая отработанным жестом и выставляя сперва бутылки  с пивом, а рядом – закрытое покамест виски. Вряд ли столь ранние посетители решат смешивать градусы в одном стакане.
– Давно из Франции?
- Какой сегодня день? – Старейший глянул на те самые часы,  - Вторник…, - прикрыв глаза, парень что-то прикинул в уме и ответил беззаботно, - восемь лет как.

Погрузившись в чтение, Старейший, разумеется, заметил краем глаза оживление Викинга, однако не подал виду, продолжая с интересом ознакамливаться с текстом монографии до тех пор, пока тот сам к нему не обратился. Захлопнув и отложив книгу, Митос отдернул рукав, кидая взгляд на часы.
- Примерно полчаса, может чуть больше, - только теперь Адам поднял глаза на союзника, выслушивая его краткую и весьма весомую речь.


Следующий вопрос оказался вполне ожидаемым, Митос удивился бы, забудь Викинг неудавшегося охотника. О наличие у себя ангела-хранителя последующие после того поединка полгода, Адам прекрасно знал, даже планировал, но чернокожий, похоже, решил выждать, пока мистеру Пирсону будет что терять, дабы ударить в самый неподходящий для жертвы момент. Наивный.
Отрицательно качнув вечно-лохматой головой, Наблюдатель взял бутылку с темным пивом и отсалютовал викингу, лукаво прищурив глаз.
- Пьяным я был,
слишком напился
у мудрого Фьялара;
но лучшее в пиве -
что хмель от него
исчезает бесследно.*

__________________________
* Штро (нем. Stroh) — крепкий пряный ром из Австрии. Доступен в трёх вариантах: Stroh 40, Stroh 60 и Stroh 80.Число показывает долю алкоголя в напитке.
* Старшая Эдда, Речи Высокого, стих 14.

+1

9

Судя по ответу, с охотником Пирсон так и не встретился. Тем лучше его голове. Хотя и жаль. Поквитаться с чернокожим за свое поражение Ульвар не отказался бы, выпади ему такая возможность.
И несмотря на то, что в прошлый раз он проиграл, страха викинг не испытывал, только жажду нового поединка. Причем не всепоглощающую, слепую жажду, сродни чувству мести, а холодную, расчётливую, не мстить он собирался, а просто закончить то, что начал двенадцать лет назад. Закончить и получить то, что причиталось ему – голову противника.

Ощерившись, сверкая в темноте белыми зубами, чернокожий произнес:
- Тебе повезло, белый человек… Сегодня повезло. Но завтра удача будет на моей стороне, - и тут же попятился, обходя противников полукругом и отступая за угол. А едва оказавшись за углом, резко развернулся, бросаясь в темноту, туда, где он оставил свою машину.


Тем временем в руках студента появилось пиво. И подхватив свою бутылку, Ульвар отсалютовал ему в ответ, улыбаясь, заслышав слова Старшей Эдды. Это было неожиданно… и приятно.
И пусть сам сборник песен и сказаний появился уже спустя три сотни лет после рождения Ульвара, многие из вошедших в него песен и легенд возникли намного раньше и в течение столетий передавались в устной традиции. А потому не знать их викинг просто не мог, как и не мог не ознакомиться с творением Сэмунда Мудрого.
- Вижу, годы в университете не прошли для тебя даром, студент, - в тон собеседнику произнес бессмертный, прикладываясь к бутылке и в несколько глотков ополовинивая ее. А затем, вытерев губ ладонью – ну не салфеткой же – отставил одну бутылку в сторону и потянулся к другой, с виски, откупоривая ее и наполняя два стакана.
- Путь не близок
к другу плохому,
хоть двор его рядом;
а к доброму другу
дорога пряма,
хоть далек его двор,
- подняв стакан, провозгласил викинг на весь зал, заставляя вздрогнуть и обернуться немногочисленных посетителей за дальним столиком.
Виски отправилось следом за пивом, даже не заставив бессмертного поморщиться.
На лице бармена так и читалось презрение к «алкашам», которых нелегкая занесла в его заведение, но мнение прислуги волновало Ульвара в последнюю очередь. И загасив жар виски несколькими глотками пива, он задал следующий вопрос.
Ведь недаром гласит древняя мудрость «надо приветливо речь повести и выслушать гостя», а приглашенный в бар, почти тот же гость.
- Что привело тебя в Кардифф, Адам Пирсон?

Отредактировано Ульвар (2012-08-30 23:33:43)

+2

10

Вопрос об чернокожем охотнике был праздным, сорвавшийся поединок был тяготившим друга неоконченным делом, поэтому, если враг жив, есть шанс повстречать его снова, чтобы окончательно решить вопрос мастерства, чести и силы. Митос вполне понимал такой расклад, хотя обосновал бы желание встретится с противником иначе: чем раньше ты победишь врага, тем меньше даешь ему возможностей вступить в бой при неблагоприятных для тебя условиях.

Просияв аки начищенный самовар, Адам тут же снова смущенно опустил глаза, разве что не покраснел аки невинна девица. Но Ульвар был прав, охотник вернется, однако не сейчас. Такие бьют наверняка, а когда жертва знает, что за ней охотятся, она не даст повод этого «наверняка» достичь. Чернокожий, скорее всего тоже понимает сложившийся пасьянс.
- Вероятно. Но, думаю, у меня есть пара лет в запасе, - мокрый «воробушек» глянул в сторону, где скрылась тень, чернее самой ночи.
Карие глаза на секунду стали острыми и.. опасными. Лишь на одно кратенькое мгновение, тут же смягчившись, как и неловкая, смущенно-виноватая улыбка на губах.


-Муж неразумный
все знает на свете,
в углу своем сидя;
но не найдет он
достойных ответов
в дельной беседе.*

Очередным, практически родным для друга стихом, подтвердив слова о полезности высшего образования, Митос приложился наконец к напитку, который, в прочем, утерял с течением времени ряд своих свойств из-за сменившейся технологии приготовления, однако привычка – вторая натура. И эту маленькую слабость старейший из ныне живущих мог себе позволить.
Последовав примеру Ульвара, тоже от души потребил содержимое бутылки, оставив может чуть больше, чем половину. Салфеткой губы после пива вытирать стоило бы в веке эдак 18-ом, а сейчас манерность – не комильфо.
«И слава Ахуре Мазде»*, - незаметно повел плечами Адам, вспоминая себя в рюшах, бантах и шляпе с перьями. Правда монашеская роба все же была предпочтительнее. Да и Айвенго привычнее шпаги.
Проследив отмеряемое в стакан не дрогнувшей рукой викинга количество виски, Пирсон продолжал дружелюбно улыбаться и у глаз бывшего когда-то Всадником Смерти появлялись веселые морщинки.
С процитированным темноволосый мужчина был совершенно согласен, даже хотел сперва с этих слов и начать, но зачем отбирать привилегию у другого лишний раз утвердить твой статус?
Приветственно приподняв стакан, Митос выпил несколько глотков, словно это была не крепкая «огненная вода», а вполне себе минеральная. 
- Что привело тебя в Кардифф, Адам Пирсон?
- Работа, mon ami* - улыбнулся бывший студент, - я занимаюсь исследованиями для исторической кафедры парижского университета, а в этом захолустье, оказывается, можно найти потрясающие старинные фолианты, вышедшие из-под печатного станка самого Гутенберга! Так что можно считать, что у меня командировка на "острова". Не тропические, но тоже сойдет.
Адам мечтательно разглядывал свой стакан, восторженно рассказывая о своем занятии, при этом Старик-Юноша, что самое интересное, ни капли не солгал. Ну ладно, почти не солгал.
- А тебя каким попутным ветром занесло, Ульвар Трюгвисон? - снова добрый и слегка лукавый взгляд теплых карих глаз, с искренним интересом обратившихся к викингу.
Правда стакан с виски оставлен в покое не был, его ждало опустошение единым глотком.
_______________
*Старшая Эдда, Речи Высокого, стих 26.
*«Господь Мудрый» — авестийское имя божества, провозглашённое пророком Заратустрой — основателем зороастризма — Единым Богом.
*mon ami - мой друг (фр.)

+1

11

Ответ студента заставил викинга чуть презрительно скривить губы и усмехнуться. Воистину Пирсон был книжным червем.
- Я бы выбрал острова, - ответил бессмертный. – Например, Тортугу или Ямайку.
Хорошие в свое время были места. Там, впервые за долгие столетия Ульвар снова ощутил себя настоящим морским конунгом. И пусть корабли и их вооружение изменились – принцип остался прежним: верная команда, быстрое судно и горы золота в трюме.
Его корабль назывался «Гроза Океанов». Громкое название, но оно соответствовало истине. Испанские галеоны, едва завидев его, стремились укрыться в ближайшем порту. Англичане и вовсе назначали за голову капитана Ричарда Мэйсона баснословные награды. И лишь французы и голландцы не опасались «Грозы» тех вод. И дело было вовсе не в политике. Ульвар был далек от нее, и ему было все равно, кого грабить. Но французы управляли на Тортуге, оплоте берегового братства, а голландцы были их союзниками. И ссора с ними была чревата потерей надежного убежища. Тем более, что добычи на море и так хватало. Жаль, что эпоха пиратов Карибского моря прошла слишком быстро. Слишком быстро для того, кто прожил почти восемьсот лет.
Мотнув головой отгоняя очередной воспоминание, викинг снова взялся за бутылку, наполняя стакан студента, а затем свой.
- Между первой и второй промежуток не большой, - прокомментировал он свои действия фразой, услышанной им в годы Второй Мировой от солдат-союзников из СССР.
От выпитого голова уже начинала приятно шуметь, делая викинга чуть более словоохотливым.
- А я здесь проездом. Думал податься в Америку, почти сто лет там не был, - и сказано это было без всякого переносного смысла. – Но напоследок решил побывать в Англии. И, клянусь единственным глазом Одина, стоило переплыть Ла Манш, чтобы встретить здесь тебя.
И снова подняв стакан, провозгласил:
- Щедрые, смелые
счастливы в жизни,
заботы не знают
– и залпом выпил виски, заливая его пивом, которое неожиданно закончилось. И хлопнув пустой посудой по столу, викинг потребовал.
- Эй, бармен, еще бутылку!
Мужчина за стойкой аж переменился в лице.
- Может быть, вам уже хватит? – осторожно поинтересовался он, перегибаясь через столешницу, чтобы забрать пустую посуду.
Вот только его ответ никак не мог понравиться бессмертному. Улучив секунду, Ульвар резкимп движением ухватил мужчину за грудки, притягивая к себе, и прошипел ему в ухо:
- Кто нравом тяжел,
тот всех осуждает,
смеется над всем;
ему невдомек,
а должен бы знать,
что сам он с изъяном,
- а затем добавил уже громче. – Бутылку мне и моему другу, - и отпустив бармена, опять потянулся за виски. – По третьей?

+1

12

-Я бы выбрал острова. Например, Тортугу или Ямайку.
Это было ожидаемо, потому Адам глянул куда-то в аккуратные ряды бутылок, вернее, казалось , сквозь них.
- Я люблю учиться, задумчиво отозвался Пирсон, -  мир меняется стремительно и только мы в действительно способны оценить его взлеты и падения. Постигай доселе неведомое, иначе жизнь теряет смысл. 
Стал созревать я
и знанья множить,
расти, процветая;
слово от слова
слово рождало,
дело от дела
дело рождало.

Разумеется, Митос не настаивал на своей точке зрения, даже не просил ее понять, для последнего Ульвару следовало прожить хотя бы пару тысяч лет. Просто определение самого себя и своего места во вселенной здесь и сейчас в частности, и концепции собственного существования вообще.
Судя по легкой мечтательной поволоке на серо-голубых глазах, бессмертный тоже, уцепившись за какую-то ассоциацию, вспомнил эпизод своего прошлого. Характерное стряхивающее движение головой подтверждало догадку Старейшего.
Улыбнувшись вновь наполняемому стакану и знакомому донельзя то ли тосту, то ли руководству к действию, снова выпил несколько глотков обжигающего, не самого качественного, между прочим, напитка. Но эти мелочи не имели значение при встрече со старым-новым другом.
- А я здесь проездом. Думал податься в Америку, почти сто лет там не был. Но напоследок решил побывать в Англии. И, клянусь единственным глазом Одина, стоило переплыть Ла Манш, чтобы встретить здесь тебя.
Снова скромный застенчивый взгляд в собственный стакан и после – радостный на викинга.
- Это было неожиданно, но я рад встретить тебя, друг мой, - еще глоток, - а в Новом Свете уже приглядел себе место, или куда глаза глядят?
Вопрос был вроде как просто праздно-заботливый, но имел при этом определенный смысл. Митос уточнял, не собирается ли и викинг в пресловутый Секоувер, что в последнее время подозрительно приобретает широкую известность в узких наблюдательских кругах,  как место паломничества бессмертных. И если вдруг Ульвар тоже собрался туда… печально. Митос не хотел терять только-только появившегося друга, а нахождение среди такой концентрации не-умирающих-по-человечески, которая наблюдалась в упомянутом городишке, многократно повышало шансы поединка.
Да, виски, а тем более пиво, имеет одну интересную особенность – закачиваться крайне неожиданно. И Трюгвисону это не понравилось, что ж хотеть от горячей крови скандинавских воителей? Старик был прав, что не удивительно, двумя бутылками виски тут дело не обойдется, так что Адам уже определил место другу на диване в своем кардиффском убежище. Отпускать в путь-дорогу нетрезвого конунга бессмертный не собирался с точки зрения безопасности, как самого блондина, так и окружающих. 
Бутылку мне и моему другу. По третьей?
Внимательно проследив из-под прикрытых ресниц за действиями Ульвара, мистер Пирсон чуть качнул головой и улыбнулся лишь уголками губ, предостерегающе, бармену, словно говоря, что со светловолосым рифмачом лучше не спорить.
Кивнув на предложение, взял вновь наполненный стакан и, прикрыв глаза, словно на память принялся декламировать низким глубоким голосом:
- Заклинанья я знаю -
не знает никто их,
даже конунгов жены;
помощь - такое
первому имя -
помогает в печалях,
в заботах и горестях.

Знаю второе,-
оно врачеванью
пользу приносит.

Знаю и третье,-
оно защитит
в битве с врагами,
клинки их туплю,
их мечи и дубины
в бою бесполезны.

Четвертое знаю,-
коль свяжут мне члены
оковами крепкими,
так я спою,
что мигом спадут
узы с запястий
и с ног кандалы.

И пятое знаю,-
коль пустит стрелу
враг мой в сраженье,
взгляну - и стрела
не долетит,
взору покорная.

Знаю шестое,-
коль недруг корнями
вздумал вредить мне,-
немедля врага,
разбудившего гнев мой,
несчастье постигнет.
 
Знаю седьмое,-
коль дом загорится
с людьми на скамьях,
тотчас я пламя
могу погасить,
запев заклинанье.

Знаю восьмое,-
это бы всем
помнить полезно:
где ссора начнется
средь воинов смелых,
могу помирить их.

Знаю девятое,-
если ладья
борется с бурей,
вихрям улечься
и волнам утихнуть
пошлю повеленье.

Знаю десятое,-
если замечу,
что ведьмы взлетели,
сделаю так,
что не вернуть им
душ своих старых,
обличий оставленных.

Одиннадцатым
друзей оберечь
в битве берусь я,
в щит я пою,-
побеждают они,
в боях невредимы,
из битв невредимы
прибудут с победой.

Двенадцатым я,
увидев на дереве
в петле повисшего,
так руны вырежу,
так их окрашу,
что он оживет
и беседовать будет.

Тринадцатым я
водою младенца
могу освятить,-
не коснутся мечи его,
и невредимым
в битвах он будет.

Четырнадцатым
число я открою
асов и альвов,
прозванье богов
поведаю людям,-
то может лишь мудрый.

Пятнадцатое
Тьодрёрир пел
пред дверью Деллинга;
напел силу асам,
и почести - альвам,
и Одину - дух.

Шестнадцатым я
дух шевельну
девы достойной,
коль дева мила,
овладею душой,
покорю ее помыслы.

Семнадцатым я
опутать смогу
душу девичью;
те заклятья, Лоддфафнир,
будут тебе
навек неизвестны;
хотя хороши они,
впрок бы принять их,
на пользу усвоить.
На этом древний воин-шаман закончил своеобразную исповедь и, прищурившись с лукавой веселостью, снова отсалютовал другу стаканом.

+2

13

- Куда глаза глядят, - повторил следом за студентом Ульвар, отвечая на заданный ему вопрос. О конкретном месте он еще не думал. Да и вообще, Америка большая: день там, неделю здесь, а там глядишь, и задержится где-нибудь. И спросил. – Хочешь мне посоветовать путь?
Бармен тем временем нехотя поставил на стол еще две открытые бутылки пива. И как-то тихонько, словно не желая привлекать к себе внимания, отошел в сторону, к противоположному концу стойки, скрываясь за полками с напитками. Кажется, там висел телефонный аппарат.
Впрочем, и мужчина, и устройство сейчас меньше всего волновали бессмертного, который наполнив стакан и себе, и Пирсону, внимал «старшей речи». И едва друг замолчал, викинг подытожил, хотя язык уже начинал заплетаться, и стихи получались не слишком внятными:
Вот речи Вы… высокого
в доме Высокого,
ну… нужные людям,
ненужные ё… ётунам.
Благо сказавшему!
Благо узна… узнавшим!
Кто вспомнит -
Вос… спользуйся!
Благо внимавшим!

После чего проглотил третий стакан, тут же запивая его пивом.
Бармен опять показался за стойкой. И держась чуть поодаль, бросал то на дверь, то на странных посетителей тревожные взгляды.
Тем временем Ульвар привычно потянулся виски, но обнаружил, что одна из посудин пуста. Нидхегг побери, как быстро! А ведь они только-только начали разговаривать.
- Видеть не могу пустых бутылок, - с искренним сожалением произнес викинг, отбрасывая бесполезную тару в сторону. И та, отлетев куда-то к соседнему столику, жалобно звякнула, разбиваясь. А бессмертный уже откупоривал вторую.

+2

14

Отрицательно качнув головой на вопрос о вариантах путей-дорог следования для конкретного викинга, Митос взял нехотя поставленную барменом бутылку. С алкоголем у этого то ли египтянина, то ли шумера, то ли неизвестно кого была весьма и весьма давняя дружба, поэтому его так не развезло, лишь намекало недвусмысленно что градусы в крови имеются.
- Боюсь, что в этом я не силен, - усмехнулся «книжный червь», опять же традиционно умалчивая о своих похождениях 1880-1901-х годов.
Тогда немало натворила дел «Дикая банда», преступать закон было весьма забавно. Ох как же боялись их машинисты, да и пассажиры молились, дабы загребущая рука банды обошла их стороной. От путешествий по чертогам собственной памяти Митоса отвлекло странное поведение бармена, который бочком как-то скрылся за полками.
«Эх-эх, всем спасибо, все свободны?»
Как же противно иногда всегда оказываться правым. Бармен, все же решивший прикрыть вечеринку раньше времени, вызвал полицию, судя по нервному дерганию и преподозрительнейшим взглядам на дверь, которые бросал, вернувшись. Нужно что-то предпринимать, пока ситуация не вышла из-под контроля.
- Ульвар, - Старейший приобнял викинга за плечи, словно его шатало, и подставил стакан для добавки, - еще по одной и продолжим у меня. А то чу, нам тут больше не рады.
Устраивать беспорядки в публичном месте Наблюдателю не с руки, проблемы с полицией – тем более. Особенно в обществе бессмертного. Потом ведь хлопот не оберешься, если кто их Стражей заметит.

+2

15

Известие Пирсона о том, что им больше не рады в заведении, заставило викинга покоситься на бармена, чьи глаза, словно белка Рататоск по стволу Иггдрасиля, бегали от двери к столику с бессмертными и обратно.
Кажется, Адам был прав. И догадаться, каким именно образом бармен решил избавиться от нежелательных посетителей, было нетрудно. Хотя несколько секунд для чуть затуманенного выпитым разума викинга и понадобилось для этого.
«Вот ведь жабий потрох!» - пронеслась в голове злая мысль, адресованная парню, испортившему им такой замечательный отдых, вместе с пожеланием тому закончить свои дни в кишках Ёрмунганд.
- Мы слишком редко видимся, что… чтобы испортить такой день, - согласился бессмертный со своим другом, наполняя стаканы в четвертый раз. И с тостом. – За продолжение, - опустошил его, а затем, залив виски очередной порцией пива, медленно поднялся.
Задерживаться в баре точно не стоило, но сперва нужно разобраться с неучтивым барменом, который, заметив, что посетители собираются уходить, на свою голову снова подскочил к их столику.
- Эй, а деньги?! Деньги?! – возопил он, как ограбленный еврей. – Пока вы не заплатите, вы никуда не пой…
Но короткий удар в челюсть опрокинул его на барную стойку. И болезненно охнув, мужчина слетел по ней на пол.
- Дово… волен глумливый,
коль, го… гостя обидев,
удрать ух…хитрился;
насмешник та.. такой
не знает, что нажил
гне…гневных врагов,
- нравоучительно произнес викинг, подхватывая со стола ополовиненную бутылку виски, чтобы забрать ее с собой.
А в следующий миг с улицы донесся звук приближающейся машины, и на стоянку перед баром влетел автомобиль с мигалками на крыше. А спустя еще несколько секунд в дверном проеме показались двое парней в форме полицейских. При виде лежащего на полу бармена оба, словно по команде, схватились за оружие. А бармен, жалобно всхлипнув, тут же наябедничал.
-Это они… они напились, разбили посуду, устроили драку… Арестуйте их.
И один из полицейских выдал:
- Ни с места! Руки за голову! - наводя оружие на Ульвара и его спутника. Но сдаваться без боя викинг не собирался.
Его рука сжалась на спинке ближайшего стула. И с криком:
- Til orrustu! Thurra!* - он швырнул предмет мебели в блюстителей правопорядка.

*На битву! С нами Тор! (боевой клич викингов).

+2

16

-За продолжение, - кивнул нетрезвый Наблюдатель, поступив с выпивкой аналогично, мимоходом вздохнув, что пиво, которым запивали виски, действительно кончается просто непростительно скоро.
Проводив Ульвара на улицу, Митос бы вернулся оплатить не совсем удавшуюся попойку, но… бармен испортил все своим визгом, пытаясь остановить их на полдороги. Лучше бы он этого не делал, ведь с таким же успехом можно остановить товарный поезд на полном ходу.
Сцена «укрощение строптивого» заставила Старейшего обреченно возвести глаза к потолку с мысленным восклицанием, который в переводе с древнеегипетского означал нечто вроде «за что мне все это?».
Увы, даже после этого все оборачивалось крайне неблагополучно. Прибыла кавалерия, то есть экипаж полиции. А вот с ней-то Адам ни коим образом встречаться не желал. Во-первых, если их арестуют, то изымут оружие. Во-вторых, заведут дело с фотокарточками и описанием внешности. Как понимаете, ни первое, ни второе бессмертному, особенно бессмертному в среде Наблюдателей не нужно от слова совсем.
Воспользовавшись моментом эпичного полета отвлекающего стула в стражей правопорядка (эка удача), Пирсон присел, скрываясь за столиком и выхватил пистолет, несколькими выстрелами погасив лампы. Благо шторы заведения были плотными а освещение поддерживалось электричеством, то в полутьме не составило труда подсечкой свалить викинга на пол, дабы не расстреляли доблестные офицеры и не пришлось тащить на себе увесистую тушку.
- Уходим, - прошипел Пирсон тоном, не терпящим возражения, и чуть ли не поволок друга через черный ход вон из заведения.
Самым, пожалуй, забавным в этой истории была оплата заказа, оставленная предусмотрительным Старейшим на барной стойке, со включением в нее цены ущерба, которую обнаружил бармен и офицеры полиции, как восстановили свет.

+2

17

Врезавшийся в полицейских стул буквально разметал стражей порядка, заставляя их выскочить из помещения и укрыться за стенами. И это маленькая победа не могла не радовать, вызвать у викинга боевой клич радости, который тут же оборвался, едва мощный удар сбил Ульвара с ног.
Понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что, вернее кто именно послужил причиной падения, и зачем он это сделал. А то ведь Трюгвисон уже был готов врезать и Пирсону так неожиданно переметнувшемуся на сторону полицейских.
Впрочем, другом двигали благие намерения. Хотя викинг и не был с ними согласен, поэтому, пока его волокли к черному ходу, пытался отбиваться и ругаться на скандинавском наречии, пытаясь донести до студента, что негоже воину позорно бежать с поля боя. А под конец опять начал цитировать Старшую Эдду, хотя получалось не очень членораздельно:
Глпый ныдеится
смерти не встртить,
коль битв избгает;
но старсть ныстнет -
никто от нее
не сыщет зщиты.

Выбраться на улицу им так и не помешали. А свежий воздух подействовал на бессмертного чуть отрезвляюще. Хотя смириться со своим бегством викинг все еще не мог.
- Зчем?! – возмущенно вопросил он у студента. – Мы ж побждали!
И только теперь до него дошло, что левой руке у него что-то крепко сжато. И посмотрев на это что-то, Ульвар почти с радостью узнал полупустую бутылку виски, спасенную им из заведения неучтивого бармена.
- Выистину сгдня удчный днь! – выдал он, прикладываясь к горлышку, а потом великодушно протянул напиток другу. И добавил. – Мыя мшина там, - кивком головы указывая куда-то в район видневшегося вдалеке парка.

+2

18

Отбивающийся и нецензурно выражающийся викинг – не самая легкая ноша, но между «свиданием» с полицией и успешным избежанием такого счастья, предпочтительно второе. Поэтому ни инвективная лексика, ни мудрость Старшей Эдды «студента», выставляющего друга из здания, не проняла. Шкурка дороже, чем слова, пусть и исторические, хотя бы потому, что они, в отличие от Пирсона – бессмертны совсем.
- Тактическое отступление, - хмыкнул Адам.
Хорошо, что Ульвар не видел того взгляда Старейшего и его улыбки, как ни крути, а эта маленькая заварушка темноволосого мужчину встряхнула, напоминая приключения «Дикой банды» и пробуждая задремавший дух авантюризма. Который, в прочем, прекрасно заснет вместе с Адамом после очередного обильного возлияния, дабы не мешать выживанию Митоса.
- Воистину, - согласился «студент», беря предложенное и делая большой глоток, после чего вернул емкость светловолосому, - я поведу.
Зацепившись за неровность дворовой плитки, пьяный Наблюдатель чуть не рухнул живописно на землю, машинально цепляясь за друга, дабы удержаться и расхохотался.
- А здорово ты их, - восхитился подхихикивая, - табуреткой.
Добравшись до автомобиля, выудил из кармана викинга ключи и буквально погрузил оного внутрь. Несмотря на алкоголь в крови, машину Пирсон вел, как и стрелял, уверенно. Зато эпичное восхождение на третий этаж митосовского дома до квартиры-студии, достоино чтобы запечатлеть его на полотнах баталистов... или сюрреалистов, в любом случае полушаг-полуполз был знатный.
Буквально ввалившись внутрь, все еще хохоча, Адам махнул рукой в сторону дивана.
- Устраивайся, я за пивом.

+|-

http://s1.uploads.ru/i/HzsmR.jpg

+2

19

Слова студента улучшили настроение викинга, заставляя его забыть о бегстве, ведь тактическое отступление звучало не в пример лучше. Да и захваченная добыча, в виде бутылки из-под виски, говорила об успешности их набега… в смысле отступления.
После похвалы друга бессмертному захотелось разразиться очередной тирадой из Старшей Эдды, вот только вспомнить ничего подходящего никак не удавалось, а потому Ульвар ограничился фразой:
- Будут помнить руку викинга, - а затем добавил в ответ. – Хорошие выстрелы.
И расхохотался следом за Пирсоном, в очередной раз невольно вспоминая прежние времена. Небольшое приключение напомнило о них.
Добраться до дома студента удалось без проблем. Сложнее было взобраться по лестнице, которая, впрочем, под шуточки и боевые выклики, все же была покорена.
И разместившись, а фактически развалившись, на диване, Ульвар огляделся по сторонам, в очередной раз, прикладываясь к бутылке виски, которую он по-прежнему не собирался выпускать из своих рук.
Квартира Пирсона отличалась красивой обстановкой, в отличие от комнаты самого викинга. Но самому Ульвару это было безразлично: главное, чтобы сверху не капало и было куда уронить свое бренное тело, а все остальное – блажь.
- Богато живешь! – прокомментировал бессмертный, и снова приложился к виски. А затем ухмыльнулся.
Настроение было замечательным. Бессмертный даже не помнил, когда в последний раз ему приходилось так здорово проводить время.
Хотя, нет… помнил. Это было давно - 11 ноября, в день, когда закончилась Первая Мировая. И он, капитан Мэйсон, только Джон, а не Ричард, тогда здорово погулял со своими сослуживцами. Последнее, что помнил бессмертный с той попойки – им не хватило скотча, и они отправились на склады за спиртом… А потом было две недели ареста…
- Ты не… не воевал на Первой мировой?! – поинтересовался бессмертный у Адама. Хотя вопрос, конечно, был риторическим. Как он мог воевать, когда умер совсем недавно… - Жаль, хорошее время.

Отредактировано Ульвар (2012-09-02 13:31:49)

+2

20

- Если я не могу позволить себе спокойную жизнь, - пожал плечами, возвращаясь с упаковкой в четыре банки пива в одной руке и двумя бутылками виски в другой, - то пусть будет хотя бы комфорт.
Распаковав и разместив пиво на столике, открыл виски и передал викингу, устраиваясь со своей бутылкой  на другой части дивана, представляющего собой прямой угол, головой к голове. Доверительно и беспечно. Приветственно звякнув стеклом емкости с алкоголем о ульваровскую и сделал большой глоток, усмехаясь светлому потолку.
Отвечать Трюгвисону, благо, не требовалось, потому что и Первую и Вторую старейший помнил прекрасно. Правда батальных сцен было больше, чем празднований. Люди совершенно не меняются. Только средства уничтожения друг друга из за земли и власти. Это главные причины войн всех времен и  народов – власть и земля.
- Возможно, - согласился, - правда предпочитаю мир. Inter anna silent Musae.*

_____
*Когда говорят пушки, Музы молчат.

+2

21

- Пусть невелик
твой дом, но твой он,
и в нем ты владыка;
- выдал викинг, чокаясь с Пирсоном в ответ. Язык уже не так заплетался, а вот на веки навалилась свинцовая усталость. Очень хотелось спать.
И после непродолжительного раздумья Ульвар пришел к выводу, что, пожалуй, так и стоит поступить.
Ведь гласит народная мудрость, озвученная высокой речью, что «не прослывет неучтивым тот, кто спать ляжет рано».
Допив свою бутылку виски, викинг отбросил ее по привычке куда-то в сторону, а затем, как был, в обуви – утром быстрее соберется, закинул ноги на диван.
- Хороший выдался денек, - произнес он, не собираясь спорить со студентом на счет войны и мира. Возможно, музы и спят, когда грохочут пушки, вот только и в мирное время они не посещали бессмертного. А потому, какая разница?
Мысли путались все сильнее, почти точно так же, как и слипались глаза, а потому, просто прикрыв веки и опершись спиной о подушки, Ульвар моментально захрапел, в очередной раз демонстрируя свое доверие своему новому другу.

+2

22

Улыбаясь в ответ на изречения древних мудростей, по сравнению с которыми сам Митос был динозавром, мужчина неспешно пил свой виски прямо из горлышка даже не морщась, лишь слушая ватную тяжесть и приятное низкое гудение в голове, не такое как при Зове, скорее горловое пение тибетских монахов. Вскоре к этому шуму присоединил свой голос светловолосый викинг, доверчиво отправившийся на встречу с Морфеем, совершенно не беспокоясь о своей голове.
Поставив бутыль на стол, Адам лениво поднялся с дивана, велев себе не шататься аки тростинка на ветру, и пошел подобрать разбрасываемый нетрезвыми скандинавами мусор. Отправив пустую емкость по назначению, Наблюдатель дотащил себя до комода, чтобы достать пару пледов, один из которых через минут пять накрыл гостя, а во второй Пирсон увернулся сам. О непоставленных в холодильник четырех банках пива Старейший благополучно забыл, проваливаясь в спокойный сон.

+2


Вы здесь » Горец: возрождение легенды » Книжная полка » О кнутах и пряниках или между Кардиффом и Секоувером